Опять перешли на «вы». Глава 22. Марина. -Ну как, вкусно? – я заботливо…

Опять перешли на «вы»
Глава 22
Марина
-Ну как, вкусно? – я заботливо спросила у дочери, поедающей торт.
-Да, очень.
-Пирожок ест тортик, — мило улыбнулась ей Татьяна Михайловна. Дочь заулыбалась и продолжила есть. Я долила воды к ней в чашку, чтобы чай не был горячим. Музыка в зале вновь приостановилась и под возгласы Альберта Виканоровича Шабанского с извинениями за задержку, несколько официантов внесли в зал букеты цветов, подарив их всем дамам, присутвующим в зале. Я поблагодарила официанта и принялась внимательно рассматривать доставшийся мне букет. 23 розовые розы с большими бутонами в бумажной обертке так и благоухали своим приятным ароматом. Я оглянулась вокруг: Татьяна Михайловна вдыхала аромат желтых роз, остальные женщины за столом тоже рассматривали свои разноцветные букеты. Все были приятно удивлены таким вниманием и щедростью со стороны Шабанского.
-Мам, я тоже хочу! – попросила дочь.
Я достала две розы из своего букета, отдала одну ей, а вторую положила на стол. Вскоре дочь снова заскучала, и я отвела ее в детский зал.
-Сонь, имей в виду, я, думаю, мы скоро поедем домой, так что особо не задерживайся с ребятами здесь, ладно?
-Ну мам, а почему так быстро? Я еще хочу поиграть.
-Милая, уже и времени много, да и ты уже устанешь скоро. Не обижайся на меня, иди, поиграй пока.
Я отпустила дочь и направилась в зал, где громко гремела музыка. Я направилась к своему месту, но непонятная сила заставила меня повернуться в сторону сцены, возле которой был расположен центральный стол хозяев вечера. И там я увидела его. Спустя две недели, чрез толпу танцующих людей, своими затуманенными от грусти глазами я бы все равно узнала его. Это был кошмар моих последних дней, причина моих слез и награда за страдания в одном лице. Это был Глеб Блохин.
Я отошла к стене и оперлась спиной. Непрерывно наблюдая за ним я видела, как он неловко обнял маму, а затем поздоровался за руку с отцом. Виктория Владимировна была явно не довольна сыном. Она что-то быстро говорила ему, всплескивая руками, и непрерывно теребя нитку своих бус. Глеб виновато опустил голову и попытался несколько раз возразить ей, но безуспешно. Я нервно прикусила язык. Наверняка мама Глеба отчитывает его за то, что пригрел рядом с собой эту дуру Марину, да еще и с ребенком. Вот Валерий Николаевич что то проговорил, разведя руками. Егор вступил в разговор, что то объясняя своим родителям и широко улыбаясь, как будто говоря: «а я вот говорил, что Марина Петровна не далекая женщина. Такая глупая девушка не пара моему брату!» Наверняка, все поливают меня грязью, и смеются над моими нелепыми попытками скрыть влюбленность в Глеба. Я отвернула голову в сторону. Ну и пусть. Пусть говорят, что хотят. Я выше этого. Это их Глеб так по дурацки бросил меня, а мне хватит гордости не убиваться при них по этому поводу! Шмыгнув носом несколько раз, я направилась к своему столику. Сев на свое место, я быстро бросила букет на стул Сони.
-Мы скоро поедем, — предупредила я своего шефа.
-Ну как так, Марина? Веселье еще в самом разгаре!
-Соне спать пора, да и я устала уже, — слабо улыбнулась я.
-Позвони няне, она заберет Соню, а ты оставайся, может, повеселишься еще, — проговорил Петр Ильич.
Я неопределенно пожала плечами, быстро набрала сообщение Наташе, и внимательно посмотрела на танцующих людей, пока не заметила, как к нашему столу сквозь толпу пробирается Глеб. Я отвернула голову обратно к столу. Мое тело напряглось до состояния струны, а сердце бешено застучало, отдаваясь шумом в висках, когда он оказался рядом.
-Привет, — прозвучал родной голос. Я гордо проигнорировала его и попыталась не улыбнуться. Глеб неловко взял букет со стула и занял Сонино место.
-Ты не представишь мне своих друзей? — казалось, что его голос звучит не в воздухе, а у меня в голове. Я максимально безразлично посмотрела на него и перевела взгляд на заинтересованных начальника и его жену:
-Петр Ильич, Татьяна Михайловна, это Блохин Глеб Валерьевич, доктор, прооперировавший мою маму, — кивнув шефу, я снова посмотрела на Глеба: — это мой непосредственный начальник с супругой.
-Очень приятно, — Глеб с готовностью посмотрел на шефа и горячо пожал ему руку, кивнув при этом Татьяне Михайловне.
-Взаимно, — Петр Ильич широко улыбнулся ему, и затем посмотрел на меня.
-Ну, молодежь, мы пошли танцевать, надеюсь, вы к нам присоединитесь, — весело добавил шеф.
-Конеч.. – начал Глеб, но я грубо прервала его:
-Глеб Валерьевич не танцует.
Петр Ильич неопределенно переглянулся с супругой и увел ее в центр зала.
Гнетущая тишина повисла над столом. Я старалась не так пристально рассматривать Глеба, но это не получалось. Выглядел он совсем неважно. Усталый взгляд, которым он одарил меня, говорил о перенесенных страданиях, но я в душе не чаяла, что с ним произошло.
-Мы снова перешли на «вы»? – грустно спросил он.
-Вас что-то удивляет, Глеб Валерьевич? Как мне еще общаться с братом моего коллеги? – задала я вопрос, который еще больше расстроил его. Он заметно погрустнел, и сильнее сжал букет роз.
-Я виноват, Марина Петровна.
-И в чем же? Вы благополучно завершили лечение моей мамы, о чем я вас снова благодарю, и уехали в заслуженный отпуск, за границу. Где, как вы отдыхали, и сколько шлюх перепробовали, мне нет никакого дела, — максимально спокойно проговорила я.
Он удивленно посмотрел на меня и слабо улыбнулся:
-Спасибо, не думал, что выгляжу так, как будто только что после вечеринок со шлюхами.
Я еще раз посмотрела на него и увидела потухший карий взгляд. Белки глаз были налиты кровью. Нижние веки опухли, превратившись в темные мешки. Казалось, что щеки немного впали, и нижняя челюсть стала более острой. Еще тогда, когда Глеб приехал на дачу после операции, я думала, так выглядит максимально уставший человек, но нет, сейчас он выглядел так, как будто провел десяток таких операций. Даже его очередной стильный темно-серый клетчатый костюм с рубашкой винного цвета не спасали уставший вид Глеба.
-Нет, вы выглядите не совсем здоровым, — пождав губу, произнесла я.
-А вы, напротив, очень красивая, Марина Петровна, — пусть он и выглядел не важно, но его голос сохранился полностью, обдав меня забытым жаром секса.
Я сделала глоток воды и посмотрела на него. Вот мне ничего не надо, лишь бы сидеть вот так рядом, и никуда не спешить, наслаждаясь его обществом. Не думать о проблемах со стороны его родни, которая против меня, не гадать, где развлекался Глеб, бросив меня. Ах, как бы мне хотелось, что бы всего этого не было между нами, но, увы! Не смотря на то, что по его вине мы не общались две недели, на его болезненный вид я к своему неудовольствию отметила, что я продолжаю любить его всем сердцем и уже не смогу забыть его.
Я посмотрела на свою кисть, спокойно лежащую на столе. Рука Глеба расположилась рядом. Примерно 10 см разделяли наши пальцы. Что бы удержаться и не коснуться его, я собрала руку в кулак и убрала ее под стол, больно вонзив длинные ногти в ладонь. Заметив это, Глеб устало поморщился и встал из за стола:
-Я бы хотел проведать Соню, она в детском зале?
-Нет! Стойте! – я быстро вскочила со своего места. Мои туфли были настолько высокими, что мой подбородок оказался на уровне его плечей, поэтому мне не пришлось сильно задирать голову назад, что бы заглянуть в его лицо.
-Глеб Валерьевич, пожалуйста, не ходите к ней. Дайте немного времени. Я уже отправила сообщение ее няне, она скоро приедет и заберет ее.
-Не понимаю, почему мне нельзя ее видеть?
Я сжала губы и тихо проговорила:
-Она только начала забывать вас, — соврала я, — и ваш приход может снова вызвать беспокойство для нее.
-А то, что она видела здесь моих родителей и Егора?! Это разве не напомнило ей? – Глеб широким движением руки яростно указал на стол, где сидела его семья. Он снова посмотрел в мою сторону, и его взгляд переменился. Он слабо улыбнулся и быстро проговорил: — Хорошо, я не пойду к ней, но при условии, что мы снова будем на «ты».
Я страдальчески посмотрела на него и сдалась. Ладно, будь что будет.
-Хорошо, — кивнула я.
-Мы договорились, что я к ней не пойду, но если она сама будет здесь, мы не обговаривали, — широко улыбаясь, Глеб смотрел мне за спину. Я поразилась преображению его лица, веселая улыбка как будто стерла все болезненные переживания с его лица. Я быстро развернулась к нему спиной и заметила, как моя девочка, путаясь среди танцующих, бежит ко мне. Хотя, кого я обманываю, она бежала вовсе не к своей строгой маме, а к этому мужчине, по которому она так сильно скучала. Я недовольно фыркнула. Глеб провел меня, он знал, что Соня уже в зале, и тем не менее предложил мне эту дурацкую сделку.
-Дядя Глеб! – радостно завизжала дочь, и нырнула в его объятия. Глеб поднял ее на руки и крепко прижал к себе.
Я сдержано смотрела на то, как Глеб что-то тихо говорит Соне на ухо, а она внимательно слушает, крепко обняв его за шею. Я была неимоверно зла на то, как Глеб и Соня ведут себя! Как будто и не было двух недель, как они не общались! Боже, как прекратить эту идиллию! К счастью, мой телефон звякнул. Наташа отправила сообщение, что подъезжает.
-Соня, Наташа скоро приедет, пойдем, одеваться.
-Нет, я не хочу, я буду с дядей Глебом! – Соня тряхнула своими кудрями и снова смотрела на Глеба.
-Соня, не заставляй меня повышать голос, — спокойно ответила я.
До этого молчавший Глеб, обратился к моей дочери:
-Соня, раз мама говорит, нужно слушаться, пойдем, я провожу тебя, — и он понес ее на руках до гардероба.
Я шла за ними и неловко оглядывалась, казалось, что все так и смотрят на нас, обсуждая мое жалкое положение. В гардеробе я взяла пальто Сони, и, пока Глеб застегивал все ее пуговицы, я поправила дочкины кудри.
-Глеб, Виктория Владимировна подарила Соне бусы. Мы хотели бы вернуть, это очень дорогой подарок. Нам неудобно. Это можно сделать через тебя? — спросила я.
Глеб провел пальцами по жемчужным бусинам и улыбнулся.
-Это набор, да? Еще длинные бусы и серьги. Я подарил его маме со своей первой зарплаты ординатора. Не нужно ничего возвращать, я буду рад, если оно останется у Сони, — Глеб подмигнул моей дочери.
Главные двери ресторана открылись, и вошла Наташа.
-Добрый вечер, — поздоровалась она.
-Наташа, смотри, дядя Глеб приехал! – Соня весело подбежала к ней, указывая на него рукой.
Мы вчетвером вышли из ресторана на свежий воздух. Особого холода не чувствовалось и я провела дочь к машине такси, но Глеб успел раньше и открыл перед ней дверь, усадил внутрь и что то прошептал ей. Затем он поговорил с водителем, протянув ему деньги. Я посмотрела вслед отъезжающей машине.
-Спасибо за деньги. На такси, — негромко сказала я Глебу. Он кивнул и собирался что то сказать, но зазвонил его телефон и он, извинившись, ответил на звонок и вернулся в ресторан.
Я полной грудью вдохнула свежий прохладный воздух. Почему все так? Он вернулся а я, вместо того, что бы испытывать ненависть, чувствую к нему лишь любовь, ловлю каждый его взгляд. А как я реагирую на его голос! Так и хочется зацеловать его или еще лучше, и зайти намного дальше, уединившись в каком-нибудь номере отеля. Черт, долгое отсутствие секса пагубно сказывается на мне, но тянет меня лишь к одному мужчине, который так безобразно игнорировал меня две недели.
Увидав возле входа в ресторан зону для курения, я решила избавиться от грусти и возбуждения одновременно. Двое мужчин негромко переговаривались на террасе. Я прошла среди них и встала возле перил, достав из клатча злосчастную помятую пачку. Закурив, я спрятала пачку обратно и медленно выпустила дым, прикрыв глаза. Я сделала еще одну затяжку. Как бы не было противно курить эти горькие сигареты, стоило признать, что я действительно немного успокоилась, и даже никак не отреагировала, когда ко мне подошел Глеб. Он оперся на перила и удивленно смотрел на меня сквозь белую дымку.
-Ты продолжишь делать вид, что ничего не происходит? – спокойно спросил он.
-А что такое?
-Марина, ты куришь, — сквозь зубы проговорил он.
Я улыбнулась и удивленно посмотрела на сигарету в моих пальцах: -Ой, да неужели?!
-Прекрати сейчас же! – рявкнул Глеб.
-И не подумаю! — возразила я, на что мужчина нахмурился и ловким движением руки вытащил сигарету прямо из моих губ. Бросив ее в урну, он грозно посмотрел на меня:
-Ты делала это специально, что бы позлить меня!?
-Вот еще, больно надо. Я взрослая женщина, могу сама решать, чем мне заниматься, — я нервно обняла себя за плечи, вечерний прохладный ветер давал о себе знать.
Заметив это, Глеб снял свой пиджак и накинул его мне на плечи, а я в миг опьянела от его приятного аромата, если это и были духи, то очень незаметные, но действующие как афродизиак на меня.
-Я хочу попросить тебя, ради меня или ради Сони, прекратить, пока это не переросло в привычку. Пожалуйста, — Глеб заглянул мне в глаза, и я уже не смогла отвести взгляд от его темно-карих огоньков.
Где то минуту мы молчали, пока я не услышала знакомые голоса. Сквозь стеклянные стены террасы я заметила, как к выходу подходит шеф с супругой. Когда они появились в дверях, я быстро сбросила со своих плеч пиджак Глеба, который плавно проскользил по моим ногам прямо на пол. Я надеялась, что темным вечером они его не заметят. Петр Ильич и Татьяна Михайловна молча прошли рядом, одарив нас с Глебом лишь заинтересованным взглядом. Я растерянно кивнула в ответ, и почувствовала, что мои щеки запылали румянцем. Когда шеф и его жена скрылись из виду, я быстро подняла пиджак Глеба и, несильно отряхнув его, неловко протянула ему.
-Извини, — виновато произнесла я.
Заметив мое замешательство, Глеб взял пиджак в одну руку, а другой захватил мою кисть, которая утонула в его огромной ладони. Дернув на себя, он сорвался с террасы и быстрым шагом направился в ресторан. Я едва поспевала за ним, стараясь не упасть на высоких шпильках. Он выбрал кабинку туалета подальше от людских глаз, с силой затолкал меня туда, и запер за нами дверь. Прислонив меня к стене, он наклонился ниже и горячими губами поцеловал мою шею.
-Несносная девчонка, что ты с собой делаешь?! Вздумала травить себя этой дрянью, — громко шептал он, одаривая меня быстрыми поцелуями.
Мое тело вмиг отреагировало на него болью в животе. Я сдерживала свое желание обнять его, и лишь царапала ногтями стену.
-Как же я скучал по тебе, Марина, — проговорил Глеб возле моего уха и, взяв ладонью мое лицо, целовал мои щеки, глаза, лоб, подбородок. Все, кроме губ. Я не могла соображать, что происходит. Мне дико хотелось его, но неужели я соглашусь на это здесь, в кабинке туалета?! У меня никогда не было секса не в кровати…В голове крутились лишь мысли о том, что он скучал по мне. Но в ту же секунду я вспомнила все свои страдания за прошедшие недели и с силой оттолкнула его руки от себя:
-Отстань! Не трогай меня!
-Марина я.. – пытался возразить Глеб, но обреченно опустил руки и отошел на шаг.
-Да, ты права, я виноват перед тобой. Ты… иди, — растерянно произнес Глеб.
-Идти? – непонимающе переспросила я. Неужели он так просто остановит меня и не продолжит?!
-Просто…Мне надо в туалет, — неловко улыбнувшись, сказал он.
Мои глаза округлились, а лицо снова запылало жаром. Я неопределенно закивала, и, не с первого раза открыв дверь, быстро вышла из туалета и направилась в зал, где встала возле стены и смогла отдышаться.
Вот это да! Никогда в жизни мое тело не испытывало такого жгучего желания в любви мужчины. Я удивлялась своим трясущимся рукам и застывшему жару между ног. Я впервые так страстно хотела отдаться в его руки пускай и в кабинке туалета, как последняя шлюха, ведь я достаточно закомплексована в любовных делах, и секс вне спальни считала до сегодняшнего дня чем-то низким и недостойным. Наверняка, Глеб рассчитывал на это, ведь как удобно: приехал из-за границы, не надо никого искать, Марина всегда рада и готова раздвинуть ноги при первой возможности. И две недели полного безразличия к ней она не заметит. Я больно сжала руку в кулак. Да что же это такое!? Во мне борются две противоположности: любовь и уязвленная женская гордость. И чью сторону мне занять? Ну же, помоги мне, Глеб.
И словно услышав мои мольбы, Блохин очутился рядом со мной. Он поймал мой взгляд и не отпускал его.
-Прости, не стоило приличную девушку затаскивать в туалет, — смущаясь, начал он.
-Да, — уверенно кивнула я.
-Мир? — протянув мне свой мизинец, — спросил он.
-Что? Нет! – слабо улыбнувшись, спохватилась я, — я все еще не знаю, что с тобой происходило, что ты даже не звонил, не писал! А теперь появляешься здесь весь такой молодец, как ни в чем не бывало!

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.